На улицах колючий зимний холод, в магазинах пробирающее до костей тепло. И самое главное настроение, оно чувствовалось, царило в воздухе, украшенные елки, пожелания, голоса, чужие разговоры. На какое-то время это пожалуй позволяло даже окунутся в нормальную жизнь, в нормальную предновогоднюю суету, когда до праздника осталось каких-то несколько часов. Эта суета не раздражала, даже была по-своему приятна. Магазины, отделы, витрины, люди... все сливалось в бесконечную круговерть.
В какой-то момент Ичиго оставил младшего брата, который скрылся в отделе с шарфами. Кое-что привлекло его внимание. Еще один отдел, которые сменяли друг друга в магазине, как цвета чередуются в радуге. Здесь продавили то - что кто-то мог считать сувениром, а кто-то сущей ерундой и совершенно бесполезно при этом. Мелодии ветра, аккуратно развешанные, ловцы снов, с различными изображениями, фигурки ангелов, кошек, конечно праздничная атрибутика в виде свечей, елочных игрушек. Вряд ли можно было за несколько минут изучить весь ассортимент этого отдела, но внимание Ичиго привлекло не все выше перечисленное.
Снежный шар. За стеклом безделицы был заключен Нью-Йорк, юноша задумчиво повертел шар в руках, снег будто-то бы подхваченный порывом ветра, закружился в танце оседая на крыши игрушечных небоскребов. Так было, давно, падал снег, они ходили по магазинам, тогда все было иначе. Он всегда жалел об этом времени и том что ничего вернуть нельзя. А снег в шаре перестал падать...
Ичиго даже не услышал вопроса Кенши, полностью погруженный в свои мысли.

Вырваться из плена мыслей, резко и грубо, а спустя секунду уже забыть о чем думал, а потом пытаться вспомнить. Но мысль уже ушла, возможно она еще вернется, но позже, просто непозволительно поздно.
Мысли похожи на снежинки в том снежном шаре, кружатся подхваченные порывом, их много, мелькают не задерживаясь на одном месте ни секунды, а потом падают вниз - исчезают. Что в них толку? Особенно если не веришь в то что остаток этого дня пройдет так же гладко как утро. Потому что не привык, потому что спокойных дней не бывало или же они забывались под натиском этого безумия? Во что они себя втянули? Ичиго вздохнул, вопрос требовал иной постановки, ни "во что", а "зачем". А вот это-то как раз и неизвестно, хотя нет, известно, по крайней мере где-то в глубине души ответ был, просто он его отрицал и не желал принимать. Словно могла быть иная причина.
Все-таки он слишком много думает. Да и вообще важна ли причина? Главное следствие, то с чем он и остался собственно.
Ладно он подумает об этом позже, хотя скорее всего забудет о логической цепочке надолго.
Ичиго растерянно оглядел отдел, который в преддверии праздника был забит людьми, на него никто не обращал внимания, продавщицы суетились вокруг покупателей демонстрируя товар. В стороне он заметил двух девушек, которые весело смеялись, разглядывая фигурку манэки-нэко, они были не намного младше его. "Как будто мы происходим с разных планет" - неожиданно подумал Ичиго.
Улица встретила его неприветливым зимним холодом от которого он уже успел отвыкнуть. Невольно поежится, не столько от холода, сколько от такого резко перехода, было темно. Зимой темнеет рано, так еще и небо затянули серые тучи и первые снежинки спокойно падали вниз, но тут же исчезали стоило им коснутся асфальта. Ичиго прищурился, свет фонарей, витрин не мог полностью развеять первые ранние сумерки. Отыскать глазами Кенши не составило труда, брат не успел отойти далеко, чтобы потеряться в этой толпе. Кажется людей стало еще больше.
Ичиго подошел к брату, пожалуй слишком быстро, потому что успел уловить фразу, которую Кенши пробормотал себе под нос. В следующую секунду краска бросилась в лицо и Ичиго отвел взгляд.

Уже в следующий момент Ичиго резко отпихнул брата от себя, если ему и не стыдно за свое поведение, что очевидно, то вот Ичиго было стыдно, хотя конечно и не факт что кто-либо что-то заметил.
- Придурок, - процедил он.
Нет день определенно нормальным не будет. Что там говорят про то что жизнь полосатая штука? Если так то черные и белые полосы могли сменить друг друга за день раз десять.
Раздражение. Все как всегда, Кенши единственный человек, который мог так быстро вывести его из себя. Отвернувшись от брата и не собираясь даже проверять идет ли он за ним, Ичиго двинулся в сторону школы, чувствуя неожиданное желание закурить. Редкое, но знакомое. Сигареты и дешевая копеечная зажигалка лежали в кармане куртки, всего по одной причине - младший туда не совался. Но сейчас стало как-то наплевать. В пачке осталось всего три сигареты, когда он их покупал? Кажется больше года назад. Перерывы от одной сигареты до другой были месяцы, порой и полгода. Вообще-то это явление в своей жизни тоже мало радовало, противно.
Красноватый огонек вспыхнул на кончике сигареты, и что приятного в том чтобы вдыхать дым? Да и вообще это не самый лучший способ унять закипающее раздражение. Дым, чем-то похожий на пар, если мельком взглянуть. Ичиго стряхнул пепел и сделал новую затяжку. Раздражение не особенно унялось, но хоть так.
Вокруг мелькали люди, что странного в почти взрослом парне с сигаретой? Да ничего. Лица-лица-лица, шум машин, кутерьма, типичная предновогодняя кутерьма. Одновременно хотелось уйти отсюда и остаться, какая-то часть его не хотела идти домой, наверное здравый смысл догадывающийся чем все это в конце концов закончится.

Нормально? Ну это смотря для кого. Ичиго поморщившись взглянул на сигарету, от которой остался лишь окурок и выкинул его в ближайшую урну, красный кончик сигареты погас с еле слышным шипением, но он этого не видел. Раздражение сменилось привычной усталостью, все как всегда.
Школа, ступеньки, только на этот раз вверх. Домом назвать это место язык не поворачивается. Дом это другое, куда ты хочешь возвращаться, пусть и это банальное выражение "дом там где твое сердце", действительно является правдой. А раз так все остальное лишь пристанище, временное, куда просто надо вернутся, независимо от желания. Дом остался в прошлом, там много чего осталось. Мечты, спокойствие, нормальная жизнь...
Он захлопнул за собой дверь, повесить куртку в шкаф, снять ботинки, все приелось, привычно, даже странно как быстро все незнакомое начинает казаться нормальным. Хотя, к некоторым поступкам брата привыкнуть так и не смог.
Ичиго прошел в комнату, предварительно вытащив из куртки сигареты и зажигалку, даже не подумав включить свет. В комнате было темно. Тик-так, тик-так... Часы спокойно отсчитывали секунды медленно уходящего года. И их тиканье казалось непривычным, просто раньше и не замечал.
За окном шел снег, постепенно превращаясь в самую настоящую метель смазывая оранжевый свет уличных фонарей, превращая их в расплывчатые пятна. Снова захотелось закурить, нет уж, вторая сигарета за вечер, как-нибудь обойдемся без этого...
Ну что можно подводить итоги Ичиго Накамура? Парень усмехнулся. Да, пожалуй, можно. Хотя ничего и не изменилось. Все также живет в школе, все то же с младшим братом, и будущее все так же неопределенно... Хотя, не сошел с ума, что можно записать в плюс. Горькая ирония.
Тик-так, тик-так... Интересно сколько времени? Хотя, какая разница собственно? Часы продолжали равнодушный отсчет времени. А Ичиго вытащил из пачки еще одну сигарету, но поджигать не стал. Что было бы если бы он всегда шел на поводу желаний, не слушая голоса разума? Здесь хоть кто-то должен сохранить здравый смысл.

За окном продолжала набирать силу разгулявшаяся метель, а Ичиго похоже слишком глубоко погрузился в свои мысли, и очнулся лишь в тот самый момент когда брат вырвал у него из рук сигарету. Очевидно разум не успевал осознать все что происходит. "Сволочь" - мысль так и не успела перейти в слова. Хотя, что в этом было неожиданного? Этим-то все и обещало закончится с самого утра, что бы там Кенширо не говорил.
В комнате продолжали монотонно тикать часы, а на губах брата чуть горьковатый привкус сигаретного дыма. В любой другой момент Ичиго бы его оттолкнул, но на этот вечер здравый смысл предпочел его оставить или уже он просто устал от всего этого бреда. Какая разница в конце концов? Может быть через пять минут он опомнится или здравомыслие вообще покинуло его на остаток ночи. Да и скандалить с братом не было ни малейшего желание, хотя кто знает чем все кончится.
Ичиго обнял брата и неожиданно даже для себя ответил на поцелуй. Ну что же если он придурок, то винить в этом некого.

"Что ты делаешь? Что?" - стучало в сознании. Только какой толк от мыслей если уже потерял контроль над ситуацией? И виноват в этом исключительно он сам - Ичиго, его ведь никто не заставлял. И все летит к черту. И где этот пресловутый самоконтроль? Если уже он сорвался, то что дальше?
Тихий шепот брата, и похоже здравый смысл предпочел его окончательно покинуть. Произойти что-то подобное еще несколько часов назад он бы это остановил, но не сейчас. А что изменилось за какие-то несколько часов? Ичиго не знал, но честно говоря и думать над этим не возникало желания, да вообще думать не хотелось.
Повернуть голову, невольно щурясь, темнота смазывала и искажала краски, но не настолько чтобы не различать лицо Кенши. А тишину прерывает лишь сбитое, неровное дыхание, да тиканье часов, которым ни до чего не было дела. Обвить руками шею, запустив пальцы в светлые волосы, притянув к себе поцеловать. Сначала мягко, а потом более уверенно и настойчиво, правой рукой пытаясь расстегнуть пуговицы на рубашке, неудобно, но две расстегнуть все же удалось, не прерывая поцелуя.
И куда только делись привычное сомнения и чувство неправильности происходящего? Конечно это все еще вернется вместе с рассудком, но когда еще неизвестно...

В каждом человеке есть что-то скрытое, то что обычно наружу не высовывается, та сторона личности которую не показывают. Но это не значит что их нет. И кажется над Ичиго взяла вверх именно эта скрытая сторона его души, которой было плевать на нормальность, просто делай что хочешь.
Похоже в какой-то момент они с братом поменялись ролями, а ведь обычно все наоборот, это Ичиго останавливал Кенши. А в этот раз младший взял себя в руки, а вот он не хотел останавливаться. Если позволить безумию взять верх над собой хоть на мгновение, то оно завладеет тобой полностью.
- А откуда ты знаешь чего я хочу? - тихий шепот прямо в ухо.
Коснутся губами шеи, медленно, с наслаждением, проведя кончиком языка по коже, прикусить ключицу.
- Только не говори мне что ты против, - тихо, но даже чуть насмешливо и непривычно, совсем уж не духе Ичиго, но кажется ему окончательно снесло крышу.

Стул на котором они сидели угрожающе качнулся, предмет мебели был явно не предназначен для таких порывов страсти. На ум приходит, что падать будет больно. Быстро и жадно выцеловывать шею, расстегивая пуговицы на рубашке, двумя руками это получается быстрее. Ичиго отстранился, мягко стягивая светлую ткань с плеч Кенши, проводя кончиками пальцев по спине. До безумия близко друг другу, так что кожей чувствуешь тепло чужого тела. И медленно начинаешь задыхаться от этого жара и неожиданно накатившего возбуждения. И не останавливатся, продолжая ласкать губами шею.
- Может перейдем на кровать? - хрипло осведомился Ичиго. - Лично, я не хотел бы грохнутся...
Хотя возможно крепкий удар по голове и вернул бы ему здравый смысл. Только вот сейчас голос разума был ну совершенно лишним.

Жарко, у страсти алый цвет, цвет огня, невыносимо душно, а может все потому что дыхание сбитое, неровное, жадными глотками, ловя губами воздух в перерывы между горячими поцелуями. Нарочно медленно проведя языком по верхнему небу. Внутри что насмешливо дрогнуло, получая удовольствие от всего происходящего, от того что специально медлил, и это что-то имело какой-то садистский оттенок. Непривычно, но об этом как-то не задумываешься. Оказывается и в Ичиго есть порок.
Кончиками пальцев по животу, выписывая узоры на коже, вниз, расстегнув пуговицу на джинсах, потянуть вниз "собачку". Бесстыдно и ни тени смущения или сомнения. Ичиго отстранился мягко прикусив плечо, словно бы случайно быстро коснулся рукой члена. Дрожь удовольствия прошла мурашками по спине, с трудом сдерживаясь чтобы не прогнутся в позвоночнике, легко кружится голова. Странные ощущения, словно бы перебрал, да, это опьяняло.

Прикосновения к коже, походили на электрические разряды. Податливое, прогибающееся навстречу тело, это безумно заводило, делая желание просто невыносимым. Но все же он еще держал в узде желание "взять и трахнуть", хотя Кенши пожалуй хотел этого не намного меньше Ичиго. Было и другое, хотелось растянуть удовольствие.
Проведя языком от плеча к груди, прикусить сосок, немного резче, чем мог бы, а потом почти виновато лаская губами. Поцелуями спускаясь все ниже, стянув с брата джинсы и швырнув остатки одежды куда-то в сторону, на пол. В голову приходит мысль что завтра, или уже сегодня? понятие времени казалось расплывчатым, он обнаружит в комнате полный бардак. Наверное это был отголосок обычного Ичиго, но мысль быстро исчезла, чтобы никогда не возвращаться. Провести языком от основания члена вверх, а потом еще раз и еще, а потом обхватить губами напряженный орган, ласкать, получая от этого удовольствия, находясь в каком-то экстазе и мучительно хотелось застонать. А на границе сознания только нежность.

Смысл слов, большая часть которых утонула в стонах удовольствия, до Ичиго все-таки дошла, правда медленно и как-то неохотно.
- Ты что... мне предлагаешь... пойти... закрыть... - произнес он, оторвавшись от брата, слова давались с трудом, прерываемые жадными глотками воздуха, которого явно не хватало, жарко, душно. - Кенши... - имя брата превратилось в хриплый стон. - Ты придурок...
И все, больше слов не было, наверное если бы он задумался, то осознал, что его слова, с другой интонацией, прозвучали бы как откровенный сарказм. А дальнейшие стоны были прерваны горячим поцелуем в губы, горячем, но слишком быстрым.
В какой-то момент Кенши оказался к нему спиной, но этот момент он просто пропустил. Мыслей в голове не было, поэтому он с легкость отдался на волю желаний. Волосы, мягкие, светлые, переплетая в ладони, мягко коснутся плеч. Медленно провести языком по позвоночнику вниз, слишком низко, лаская языком. А потом снова - вверх, прикусить губами шею, на коже явно останется след зубов. Резко протолкнуть внутрь два пальца и замереть, ожидая реакция брата на грубое вторжение. Как-то резко стало ощущаться бешеное биение сердца и хриплое рваное дыхание.

- Прости, - тихий выдох.
Эмоции напоминают спутанные разноцветные нити. Где-то внутри болезненно острая нежность и чувство вины, ведь он вовсе не хотел причинять брату боль. Правда сейчас Ичиго не мог анализировать свои чувства, мыслей даже не возникало, а эмоции они просто... были.
А часы отсчитывали последние минуты до наступления нового года.
Ичиго высвободил пальцы и вошел в брата мягко, осторожно, медленно, постепенно набирая темп. А в какой-то момент все происходящее принимает до боли резкие очертание, словно приходит понимание того что именно происходит. А потом темная волна наслаждения накрывает с головой, заставляя невольно резко закусить нижнюю губу.
А за несколько мгновений до этого стрелка часов пересекла заветную цифру двенадцать. За окном пушистыми хлопьями валит снег, люди поздравляют друг друга с новым годом, даже чужие и незнакомые.

Ни мыслей, ни чувств, одни ощущения. В себя Ичиго пришел несколькими мгновения позже, когда уже обессиливший свалился на кровать, ощущая кожей приятную, отрезвляющую прохладу простыней, жадно пытаясь отдышатся и прикрыв глаза. А вместе с эти приходит и понимание того что было, голос рассудка вернулась, правда слишком поздно, непозволительно поздно. Что теперь от него толку? И где этот здравый смысл был час назад? Учащенное дыхание успокаивалось и сердце уже не колотилось как сумасшедшее.
Приглушенный грохот с улицы, там в небе сияли разноцветные звезды фейерверков, еще один незаменимый атрибут праздника. Приходит понимание что время уже за полночь, сколько именно он не знал, да и выяснять не хотелось. Даже думать не хотелось, потому что если дашь размышлениям тебя засосать, то они снова пойдут по замкнутому кругу. Нет уж, все размышления о том, какого черта он натворил и почему он такой придурок лучше отложить на утро. Сейчас ему хотя бы совесть позволяла забить на мысли такого рода. Зато с утра когда окончательно придет в себя они вновь навалятся. Как обычно.
Пока ничего не хотелось, ни шевелится, ни открывать глаза, просто продолжать слушать, как за окном снова и снова запускают в небо фейерверки, даже не видя их можно представить как красные искры меняют свой цвет на синий, а синий в свою очередь становится зеленым.

Поцелуй, быстрый, просто секундное прикосновение губ к губам. А спустя пару минут Ичиго заставил себя сесть на кровати, хотя каждая мышца просто молила об отдыхе и двигаться совершенно не хотелось, усталость. Он растерянно огляделся, как и ожидалось картина полностью отражала слово хаос. Джинсы валялись на полу, рубашка зацепившись рукавом висела на спинке кровати. Некоторое время просто ушло на созерцание этого бардака, а дальше мысли сошли к самому простому - к действиям. Ичиго принялся одеваться.
Накинув рубашку на спинку стула он бросил мимолетный взгляд на стол. Сигареты, последняя в пачке, рядом валялась зажигалка. На ум приходит совершенно посторонняя мысль о том, что надо бы бросать курить. Хотя через минуту может забыть, а завтра уже купит новую пачку.
В шкафу обнаружился свитер, обычный мягкий свитер с молнией на воротнике, которую он все равно не застегнул, привычка, он всегда терпеть не мог вещи плотно прилегающие к горлу, ощущение было словно вот-вот придушит. Еще одна посторонняя мысль о том что почти все его вещи в гардеробе черного цвета, черный свитер, черные рубашки, джинсы и те были темные. И когда ушли все краски?
Пачка с последней сигаретой отправилась в карман. Ичиго сел на кровать, задумчиво вертя в руках зажигалку. Никаких мыслей, вообще никаких, странное оцепенение было прервано словами брата.
- Без шампанского, - внес существенный корректив в план младшего. - Никакого алкоголя Нака-тян, - он серьезно взглянул на брата.
"Вчера напился на несколько лет вперед, хотя это было уже позавчера" - Ичиго не сказал этого вслух, но догадаться о чем он думает было нетрудно. Зеркало в коридоре до сих пор отсутствовало.
Нака-тян, давно он так не называл брата, да и сейчас просто с языка сорвалось. Раньше было чаще, но за последние несколько лет он не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь так обращался к Кенши.

Отредактировано Ичиго Накамура (2011-08-08 22:47:25)